Ценителям эксклюзива / Карьера Титанов  
Пятый рейс
Тонкости дела
Стратегии и перспективы
Маркетинг эксклюзива
Юрисдикция
Ценителям эксклюзива
Гешефт
Карьера Титанов
Клуб Пенни-Сток
Денежные перцы
Сочный эксклюзив
Эпопея "наличных"
Анекдоты

    
      
Алан Гринспен

Алан Гринспен, вот уже более десяти лет, возглавляющий Федеральную резервную систему США,- самый могущественный человек в мире. Даже более могущественный, чем президент США.

Он никогда не произносит перед телекамерами больше двух фраз, но к ним затаив дыхание прислушивается весь мир. Он прекрасно знает, что главная добродетель главы любого центрального банка - умение не тревожить рынок и его весьма мнительных участников. Поэтому появляется Гринспен в выпусках новостей крайне редко. Точнее, в двух случаях: когда происходит кризис и когда резко меняется курс доллара. Так что чем меньше слышно о Гринспене, тем лучше для всех.

До сих пор Алан Гринспен никогда не проводил пресс-конференций, а интервью давал, лишь убедившись, что все диктофоны выключены. Перед телекамерами Гринспен умело отделывался весьма туманными фразами, которые можно толковать как угодно. В 1995 году, на следующий день после одного выступления Гринспена, ему принесли две газеты. В одной было написано: "Гринспен намекнул, что Федеральный резерв может снизить процентные ставки". Другая утверждала: "Гринспен выразил сомнение в том, что снижение ставок возможно". Тогда-то председатель ФРС и придумал фразу, которой с тех пор завершает выступления: "Если вам показалось, что я выразился слишком ясно, вы, должно быть, неверно меня поняли". Даже в конгрессе США, от которого во многом зависит судьба Гринспена и где, казалось бы, самое место блистать красноречием, он немногословен. Однажды конгрессмен задал ему вопрос, который в стенограмме занял 123 строки. Ответ уместился на трех.

Но суровый и неприступный вид Гринспен имеет только на официальных мероприятиях. Будучи не "при исполнении", он совсем другой - охотно играет в теннис и гольф с разными знаменитостями, в том числе и из media-мира, регулярно появляется на светских вечерах, причем почти всегда в обществе дам. Среди дам Гринспена немало незаурядных. Он был женат на актрисе Джоан Митчел. Потом его подругой много лет была Барбара Уолтерс, известная журналистка телекомпании АВС, которая однажды заметила: "Я никогда не слышала, чтобы Алан повысил голос - он невероятно терпелив". Ему свойственны и такие черты, как сдержанность, осмотрительность и даже некоторая прижимистость. Полгода назад 71-летний Гринспен женился на Андреа Митчелл, спецкоре компании NBC. Он предложил Андреа руку лишь через 12 лет после того, как отдал сердце, а на свадьбе был в старом синем костюме.

Однако нельзя не признать, что характер Гринспена как нельзя лучше соответствует стилю возглавляемого им учреждения. Федеральная резервная система - чрезвычайно закрытая структура с жесткой иерархией, и непосвященному очень трудно понять логику ее работы. Его пониманию доступен лишь результат. Как заметил один из ее сотрудников, ФРС - это оркестр, которым управляет опытный дирижер. И это сравнение не случайно.

Гринспен родился в 1926 году в Нью-Йорке. Вскоре его мать развелась с отцом, биржевым брокером, и растила сына одна. То ли она была прекрасным педагогом, то ли природа наделила Алана феноменальными способностями, но уже в пять лет он производил в уме сложные математические вычисления и демонстрировал незаурядный музыкальный талант. Чему - цифрам или нотам - посвятить жизнь, Алан думал лет до двадцати. Порой ему удавалось найти компромисс. В середине 40-х, почти одновременно окончив колледж и музыкальную школу, Гринспен стал саксофонистом в джаз-банде. Специалисты утверждают, что играл он очень неплохо. Но все свободное время Алан занимался финансами оркестра. В конце концов бизнесмен пересилил музыканта - через год Гринспен ушел из джаз-банда, чтобы создать собственную консалтинговую компанию.

Но прежде нужно было получить экономическое образование. Гринспен поступил в Нью-йоркский университет, где в 1949 году стал магистром, а затем, уже в Колумбийском университете, некоторое время учился в докторантуре. И хотя степень доктора Гринспену присвоили лишь в 1977 году, его компетентность в области экономики ни у кого не вызывала ни малейших сомнений уже в середине 50-х. Особенно после того, как его консалтинговая фирма обосновалась на Wall Street.

За десять лет Гринспен стал миллионером и, казалось, напрочь забыл о прежнем увлечении джазом. На самом же деле все это время он поддерживал контакты со старыми партнерами по оркестру, и в 1966 году один из них представил Гринспена лидеру республиканцев Ричарду Никсону. Тот как раз готовился к президентским выборам и предложил Гринспену, который произвел на него самое благоприятное впечатление, возглавить подразделение политических исследований Республиканской партии. Так началась политическая карьера Алана Гринспена.

В 1974 году, когда Никсон победил на выборах, Гринспен возглавил группу экономических советников президента. Ее главой он остался и при следующем президенте, республиканце Джеральде Форде. При демократе Джимми Кратере Гринспен на некоторое время ушел с политической авансцены, но с триумфом вернулся в 1987 году: республиканец Рональд Рейган назначил его председателем ФРС. О лучшем главе Центробанка не мечтал и новый президент, республиканец Джордж Буш.

Однако с некоторых пор республиканцы к Гринспену охладели. Всему виной поражение Буша на президентских выборах 1992 года. Незадолго до голосования случился "черный понедельник" на Нью-йоркской фондовой бирже. Всю ночь с понедельника на вторник Гринспен сидел на телефоне, пытаясь убедить крупных игроков в том, что у Федерального резерва достаточно наличных средств, чтобы выдержать бурю. Но на всякий случай он еще повысил процентные ставки. За повышением ставок последовал экономический спад и рост безработицы - к большому неудовольствию республиканской администрации Буша и избирателей, которые предпочли Бушу демократа Билла Клинтона.

Но самое возмутительное, с точки зрения республиканцев, даже не эти действия Федерального резерва, а то, с какой легкостью Гринспен спелся с демократом-саксофонистом. Глава ФРС стал часто появляться в Овальном кабинете Белого дома, Клинтон демонстративно подчеркивал свое полное согласие с действиями ФРС, и в итоге к началу новых президентских выборов этот дуэт добился рекордного экономического роста в США и самого низкого за последние 20 лет уровня безработицы.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения республиканцев, стал прием в Белом доме, на котором Гринспен был замечен мило беседующим с Хиллари Клинтон, которую каждый порядочный республиканец считает олицетворением демократического зла. И тогда республиканцы решили, что Гринспен - человек без принципов. Но в одном они не усомнились ни разу: беспринципность главы Федерального резерва касается только политики. Когда речь заходит об экономике, Гринспен - образцовый сторонник традиционных американских (читай: республиканских) ценностей.

Уже несколько лет Гринспена единодушно признают лучшим в XX веке главой Федерального резерва. Из тысячи американских топ-менеджеров, опрошенных журналом Fortune в 1996 году, 96% высказались за то, чтобы он и дальше возглавлял ФРС. Такой успех нельзя объяснить одним только экономическим ростом при невысоком уровне безработицы и крайне низких темпах инфляции, что во многом стало возможно благодаря политике Гринспена - банкира. Это еще и следствие хорошо известной принципиальности главы Федерального резерва. Он ни разу не был замечен ни в коррупции, ни в преднамеренном искажении фактов ради личной выгоды, ни в каких-либо других проступках, сплошь и рядом совершаемых руководителями других центральных банков или крупными игроками финансового рынка.

При этом Гринспен строг не только к себе, но и к другим. Он, к примеру, не переносит, когда матерый биржевой игрок делает вид, что его больше всего заботит благо государства. Однажды Морт Закерман, владелец US News & World Report, на страницах своей газеты резко осудил ФРС за повышение процентных ставок. Газетный магнат, однако, не стал сообщать читателям, что важная часть его бизнеса - операции с недвижимостью и что снижение ставок и неизбежное при этом ускорение темпов инфляции ему чрезвычайно выгодны.

Гринспен был возмущен: Закерман ради личной выгоды поднял руку на основной принцип Гринспена - предотвращение инфляции. Всем известно, что ради подавления инфляции Гринспен готов проводить самую жесткую денежную политику, даже в ущерб экономическому росту. Одних это настораживает. Других пугает. Третьи откровенно недовольны. Но Гринспен выработал иммунитет к критике. Если председателю ФРС становится известно, что о нем написали что-то нелестное, он просто не читает статью. Зато Гринспен живо интересуется тем, что пишет Эйн Рэнд - одна из его многочисленных колоритных знакомых. Вслед за Адамом Смитом и Чернышевским эта дама русского происхождения пропагандирует разумный эгоизм. По мнению Рэнд, экономика функционирует лучше, если граждане преследуют в первую очередь собственные интересы. А разговоры о бескорыстном служении чему бы то ни было - полнейшая чушь. Если уж и говорить о служении, то о корыстном.

Судя по всему, Гринспен оказался последовательным сторонником этой теории. Дело в том, что глава ФРС обязан ежегодно обнародовать сведения о составе своего портфеля ценных бумаг, чтобы у публики не возникало подозрений, что при принятии инвестиционных решений он использует инсайдерскую информацию. Так вот, в конце прошлого года Гринспен продал все имевшиеся у него акции и на вырученные деньги купил краткосрочные облигации американского казначейства. Естественно, когда об этом стало известно, очень многие последовали его примеру, что усугубило падение фондового рынка. Как бы то ни было, курс акций с тех пор упал, а гособлигаций - вырос, и Гринспен не то что не потерял, но даже выиграл. Теория Эйн Рэнд сработала. По крайней мере, в части, касающейся личного благополучия.

Ксения Киселева,
"Коммерсантъ Деньги",
er
  © hautefinance
© design by: directdesign